Владимир Берязев

Владимир БЕРЯЗЕВпоэт, экс-главред журнала «Сибирские огни»:

 

– Обладая такой литературой, как русская, не извольте беспокоиться, мол, объявление Года литературы может на что-то повлиять и что-то исправить. Писатели мирового масштаба у нас были (начиная с Державина), есть и будут. Другое дело, что в текущий период (с начала гибридной войны) и власть, и противник отчётливо осознали важность и значение литературы…

В регионах ситуация такая. У нас, в Сибири, наиболее благополучно в Кузбассе, Амангельды Тулеев как никто понимает место писателя. На Алтае, увы, год начался с закрытия Дома литераторов и фактического прекращения выпуска журнала «Алтай». В Новосибирске всероссийскими усилиями удалось вернуть к жизни «Сибирские огни», губернатор В.Ф. Городецкий своим решением назначил руководителем и главным редактором журнала известного всей России сибирского исторического романиста Михаила Щукина. Как просил передать Михаил, «после тяжёлой и продолжительной болезни журнал выздоравливает и с апреля должен войти в нормальную колею – традиционного старейшего русского журнала».

Хорошо бы и профессию «литератор» вернуть в список профессий, могущих обеспечить хотя бы минимальный жизненный уровень. Это было бы достижением Года литературы…

Евгений РЕЙНпоэт:

 – По-моему, хорошо. Только я вот вышел из жюри премии «Поэт», потому что оно сделало лауреатом графомана Юлия Кима. А в целом, как мне кажется, год отмечается достойно, много интересных мероприятий проходит по стране, акций разных...

Вячеслав ОГРЫЗКО, главный редактор еженедельника «Литературная Россия»:

– Всё идёт к тому, что литературная периодика вот-вот сдохнет. Но не потому, что наш народ уже совсем разучился читать и окончательно утратил интерес к литературе. Добивают литературные издания государственные чиновники, окопавшиеся в Федеральном агентстве по печати и в целом ряде других ведомств. Это ведь они создали систему, при которой пробиться к читателю могут только гламурные журнальчики да ещё несколько избранных изданий, строго стоящих исключительно на либеральных позициях, а государственникам ходу нет. Попробуйте без денег попасть в розничную сеть. Вы хоть в одном киоске видели свежие номера, к примеру, «Роман-газеты»? То-то и оно. Не попадает качественная литературная периодика и в большинство региональных и муниципальных библиотек. Не могут подписаться на наши издания и школы. А без розницы и библиотечной подписки литературной периодике не выжить.

Субсидий же, похоже, в Год литературы от Федерального агентства по печати не дождаться. В этом ведомстве привыкли оперативно миллионы раздавать только своим, а государственники для них чужие. Разве случайно половину экспертного совета по СМИ составляют сотрудники агентства? Нет, конечно. Именно они обеспечивают начальству нужные результаты голосования. Представители же «Литгазеты» или журнала «Москва» не подпускаются в экспертный совет даже на пушечный выстрел. А зачем? Вдруг они настоят на том, чтобы ведомство наконец начало помогать не только нужным людям, но и тем, кто ратует за любовь не к Западу, а прежде всего к своему родному Оте­честву...

Плевать хотели на литературу и в Рос­архиве. Попробуйте отыскать, к примеру, в фондах Российского государственного архива новейшей истории дело с материалами о создании и развитии «Литгазеты». Черта с два у вас получится! Ибо картотеки архива якобы до сих пор засекречены, а в описях, доступных исследователям, именно это дело почему-то вообще не указано. Руководитель Росархива Андрей Артизов ссылается на правовой вакуум. Но, перефразируя Михаила Булгакова, так и хочется воскликнуть: вакуум прежде всего в головах чиновников, думающих только о собственном благополучии. Кстати, если у вас сработает интуиция и вы всё-таки раскопаете нужные материалы, то столкнётесь с другой проблемой: или день и ночь переписывать от руки документы, или искать сумасшедщие деньги для ксерокопирования. Росархив не так давно установил просто грабительские тарифы: от 40 до 120 рублей за копирование только одного листочка (для сравнения: в бывшей Ленинке эта услуга после очередного повышения цен стоит всего семь рублей).

Ну а окончательно добьют нашу литературу сверхжадные и давно уже ничего не читающие хозяйственники. Я, например, каждый день сталкиваюсь с угрозами быть отключённым от света, тепла, связи. Коммунальщики упорно гнут свою линию: мол, перекопайте все трубы, по-другому проведите линии электропередачи, сделайте разные ответвления. При этом всякие инспектора появляются в редакции, как правило, после шести вечера. Такое впечатление, что за день они поиздержались и ближе к ночи рыскают по городу, думают, как бы за счёт нищих писателей поддержать свои семейные бюджеты.

В итоге мы в последнее время каждый номер своей газеты выпускаем как последний. Вот сейчас будет День Победы. Денег в редакции нет, одни долги. От Федерального агентства по печати мы до сих пор ни копейки помощи не получили. Но разве читатели должны от этого страдать? Кто им расскажет всю правду о войне, кто напишет о фронтовиках? Вот мы всей редакцией и скинулись, каждый дал столько, сколько смог, чтобы запустить в производство победный номер.

Удастся ли дальше выпускать газеты? Конечно, хотелось бы оставаться оптимистом. Но…

В общем, пока поставлю многоточие…

Владислав АРТЁМОВ, поэт, главный редактор журнала «Москва»:

– Вся наша редакция с ноября прошлого года без зарплаты. Так, 3–4 тысячи рублей выдают в месяц, чтобы жизнь совсем уж не угасла. Что тут ответишь? Только крылья сложить и броситься вниз на камни Старого Арбата. Но не убьёшься же, второй этаж всего... Так ведь литератор и должен быть нищим! Всё нормально...

Надежда МИХАЙЛОВА, президент Ассоциации книгораспространителей независимых государств, генеральный директор сети магазинов «Московский дом книги»:

– Сказать, что грустное ощущение, – ничего не сказать. Книжные магазины страны как были вне литературного пространства, так и остались. Какое может быть продвижение чтения и литературы без книжных магазинов? Книг на огромных территориях России нет. Чтение, книга, литература, культура, автор, издательство, книжный магазин, библиотека – это неразрывные части одного процесса. Не будет в России книжных магазинов – рухнет вся цепочка. А сейчас вопрос именно так стоит. Издательства не смогут существовать без каналов распространения, библиотеки не спасут, как, впрочем, и всё увеличивающееся количество секций в гипермаркетах. Всё меньше экономических возможностей выживания у книжных магазинов. В этом направлении как ничего не делалось, так и не делается. Спорим, является ли книга частью культурного пространства страны. Вспомним, когда книга перестанет быть доступной и её саму придётся заносить в Красную книгу. При этом такое затратное мероприятие на Красной площади планируем. Чтобы что? Показать, что умеем организационно-массовые мероприятия делать? Или удивить кого-то широким ассортиментом? Так во всех крупных книжных магазинах Москвы он представлен. Увеличить в конечном счёте посещаемость книжных магазинов? Думаю, если сложить трёхдневную посещаемость всех книжных магазинов столицы, она будет идентичной. Вот если эти деньги всем книжным магазинам города на мероприятия выделить, их посещаемость в разы увеличится. А так «пир во время чумы» устраиваем. Такое ощущение, что мероприятие ради мероприятия проводится, а не ради пользы дела. Как, впрочем, и большинство остальных мероприятий Года литературы тоже.

Магомед АХМЕДОВ, председатель СП Дагестана

– У нас в Дагестане Год литературы проходит насыщенно. Мы открыли его в Русском драматическом театре в Махачкале при огромном стечении людей. Президент сказал слово в защиту писателей, отметив, что писатели так же ответственны перед временем, как глава республики. В каждом городе, в каждом районе Дагестана прошло открытие Года литературы. В течение всего года у нас проходит много различных интересных мероприятий и главное – придаётся большое значение литературе.

Если же говорить в российском масштабе, то практически ничего не указывает на то, что идёт Год литературы. Несколько дежурных мероприятий, а по существу ничего не меняется. До сих пор не принят закон о социальном статусе писателя, о творческих союзах, нет никакой государственной поддержки национальных литератур, не выделяются средства на их развитие. Отдельно надо сказать и о плачевном состоянии переводческой школы. В советское время была прекрасная школа перевода, за постсоветский период умудрились всё разрушить. И даже в Год литературы поддержка этого важного дела на государственном уровне не осуществляется. Скажем, Федеральное агентство по печати и массовым коммуникациям, как ни странно, вовсе не участвует в финансировании переводческой деятельности, переводы с национальных языков на русский появляются не с их помощью, а силами республиканских союзов писателей и самих писателей, которые на чистом энтузиазме переводят друг друга. Институт перевода спонсирует переводы наших либеральных авторов на иностранные языки вместо того, чтобы переводить национальных авторов на русский и наоборот.

Вячеслав АР-СЕРГИнародный писатель Удмуртии:

– Сказать, что вот наша республика живёт Годом литературы, не могу, ей-богу, остерегаюсь брать на себя грех обмана. Хотя и хотелось бы приукрасить окружающую литературную недействительность... Ведь у нас даже какого-то приметно-публичного, не исключающего и некую торжественность, открытия, объявления этого самого Года литературы, и то не было. Не только торжественного, но и простенького, душевного и для всех. А ведь уже и второй квартал Года литературы на носу. Нет у нас ныне званых балов для Её Величества Литературы, прижатой сейчас к Минкульту по самому остаточному принципу – замарашкой и падчерицей. Вот и ютится она в нашем родниковом краю по бедным библиотечным зальцам, забывшим о ремонте, да в парочке-другой бюджетных, ясное дело – практически безгонорарных журналов по 200–300 экземпляров подписки, да в сельских клубцах, где народ ещё не совсем потерял охоту к родной литературе.

Наши соцкультчиновники уже с начала года неимоверно устали от П.И. Чайковского с очередным его нынешним юбилеем – тяжек их корпоративный крест, с которым они «страшно далеки от народа». А в одной руке два губернских арбуза – Чайковского и литературы – знамо дело, не удержать… Но пробиться к распорядителям народных культсредств простому человеку, а тем более литературному, практически невозможно! А то, что растёт безграмотная молодёжь, не знающая, кто такие Зиновий Гердт и Кузебай Герд, что не издаётся удмуртская литературная классика, не обновляются книжные фонды в районах, находится на издыхании литературный процесс в республике, что нет поддержки ни ныне работающим авторам, измученным бедностью и болезнями, равнодушием властей и ощущением безнадёжности своего труда, бесправием и госухмылками над их профессией (ишь, Пушкин тут выискался!) на всех уровнях общественной иерархии, что систематически и повсеместно усекается даже преподавание удмуртского языка и литературы… Так ведь это не ново… Переживали времена и похуже, авось переживём и эти. Ничем год, где-то в Москве названный Президентом РФ Годом литературы, у нас от других лет и не отличается: дороги всё хуже, а джипы начальства – всё круче. Год литературы в Удмуртии, видно, так глубоко замаскирован от её космических недругов, что даже и местные жители вряд ли догадываются о нём – крепка чиновничья тайна. Разве что некоторые местные писатели, которых можно пересчитать по пальцам одной руки, да кучка библиотекарей, оставшихся от прошлых времён, всё же знают о нём. Такие уж они – неисправимые. Но именно таких неисправимых, но уже читателей я вижу на своих творческих встречах в районах и глубинках нашей республики. Их немного, но они есть, хранители достоинства нашей российской культуры, истинной и неконвертируемой. У них и вся жизнь литературная, а не только год текущий.

Алла НАСОНОВА, генеральный директор издательства «Детгиз»:

– По поводу Года литературы могу только сказать, что само намерение провести такой масштабный проект в нашей стране прекрасно, а как оно воплотится – пока судить рано. Намечено много мероприятий; посмотрим, как они пройдут.

А ситуация с «Детгизом» такая. Самые известные российские издательства детских книг – питерский «Детгиз» и московская «Детская литература» попали в общие списки неликвидной собственности, которую государство распродаёт уже не первый год. Что интересно, попали они туда без обременения, а это значит, новый хозяин не обязан сохранить основной вид их деятельности – выпуск детских книг. То есть, по сути, в будущем – полная ликвидация. Тут ещё надо учитывать такой момент. У «Детгиза» своей собственности нет, никакой привлекательной недвижимостью он не владеет. Фактически, кроме немногочисленных сотрудников, там и продавать нечего. Значит, скорее всего, желающих купить «Детгиз» может и не оказаться. В итоге будет расчищена поляна для конкурентов – коммерческих издательств. Я же убеждена, что независимость художественного слова, независимость взгляда на детскую литературу можно сохранить только в государственном секторе, и здесь нужно думать не о прибыльности издательства, а о пользе для подрастающих поколений российских читателей.

Однако шум, поднятый вокруг печальной судьбы детской литературы, похоже, был не бесполезным. Недавно, выступая на открытии Года литературы в Петербурге, бывший губернатор Валентина Матвиенко неожиданно для всех вспомнила «Детгиз»: сказала, что в Москве очень обеспокоены сложившейся ситуацией и готовы принять какие-то меры по спасению старейшего детского издательства. И прямо сейчас проходят совещания, на которых решается судьба «Детгиза»... А нам остаётся только надеяться на лучшее и продолжать своё дело – выпуск качественных книг для детей.

Александр СЕГЕНЬ, прозаик:

– Пока он проходит незаметно. Мимо меня. Полагаю, мимо большинства писателей. Достаточно просмотреть сводки всех новостей за первый квартал этого года, чтобы понять: это пока что скорее год Немцова, Коломойского, пилота-убийцы Любица, Порошенко, который примерно то же делает с Украиной, что Любиц со своим самолётом, голодающей Савченко и прочих, весьма далёких от литературы людей. Думаю, вообще незачем было делать Годом литературы год 70-летия Великой Победы. Может быть, после этого праздника как-то и вспомнят о литературе, но что-то я сильно в этом сомневаюсь.